2019-12-11T14:08:50+03:00

Григорий Служитель: У меня есть обязательства перед котами

Лауреат премии «Большая книга» о кондиционере вместо ордена, о мистике Москвы и о том, откуда пошла традиция заделывать котиками душевные бреши
Поделиться:
Комментарии: comments2
Писатель Григорий Служитель, получивший приз в номинации "Особый почерк" за роман "Дни Савелия", на церемонии вручения национальной литературной премии "Большая книга". Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАССПисатель Григорий Служитель, получивший приз в номинации "Особый почерк" за роман "Дни Савелия", на церемонии вручения национальной литературной премии "Большая книга". Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС
Изменить размер текста:

«Котики победили собак». Так после подведения итогов «Большой книги» пошутил критик Михаил Эдельштейн. В шорт-листе "Большой книги" были романы "Собаки Европы" и "Собачий лес", а победила книга про котиков. Актер Григорий Служитель с дебютным романом «Дни Савелия», где главный герой - кот Савелий, получил второе место самой престижной премии страны.

Наш корреспондент поговорила с лауреатом.

- Гриша, про твой роман говорят «книга о кошках» и на обложке «Дней Савелия» изображено огромное количество котов, очевидно, что Савелий - не совсем герой, он - больше способ показать Москву и людей, населяющих наш город.

- Ты совершенно права. Эта книга - признание в любви городу, где я рос. Москва разная, стоит сделать шаг в сторону - и можно обнаружить совершенно удивительные вещи. Я сам человек гуляющий, у меня есть места силы, которыми я вдохновляюсь, и через созвездие моих любимых мест проходил кот Савелий.

ЦИТАТА:

Милая моя река…Никогда, никогда лед не сковывает твои потоки. Морозными зимними днями ты так же бесстрастно воспринимаешь снег, как осенью отжившую листву и теплые дожди весной. С тем же гостеприимством тянешь на дно и хлебные крошки, и черный джип, не вписавшийся в поворот у Костомаровской излучины. И надо всем этим стоит легкий серый пар — эхо окриков, брани, приказов, шуток, песен, предсмертных воплей и любовных стонов. И одинаково равнодушно, как когда-то отражала бастионы Прешбурга, сегодня ты отражаешь сумрачный фасад института Баумана.

- С особенной любовью твой кот говорит о Яузе и ее гидроузле...

- Я очень люблю эту реку и особенно - шлюз, потрясающее место, расположенное на Сыромятнической набережной. Кругом сталинская архитектура и порог, где с шумом падает вода. Очень красиво, заброшенно и поэтично. Где-то здесь, в стиральной машинке "Аристон" живет тетя Савелия и племянники даже наведываются к ней в гости.

Когда я думал над называнием, то сначала хотел называть роман «Дети Яузы», но передумал и решил, что это слишком многозначительно…

ЦИТАТА:

«Жизнь началась в старом купеческом районе Таганки, в Шелапутинском переулке, на высоком берегу Яузы. Наша коробка примостилась у старого особняка Морозовых. Здание девятнадцатого века к началу нового тысячелетия совсем обветшало и обрюзгло. На фасаде болталась рваная строительная сетка, окна чернели копотью отбушевавших пожаров. Чердак облюбовала пара грачей. Круглое окошко на фронтоне бережно поддерживали по бокам два пухлейших купидона, и грачи, высунув наружу свои клювы, выглядели совсем как фамильный медальон. По уцелевшему кое-где рельефу неслась вприпрыжку стая нимф. За нимфами гнались и никак не могли их нагнать два разнузданных сатира. Голова и свирель у одного из сатиров давно отвалились, а одна нимфа потеряла на бегу ступню и колено. Веселый сюжет рельефа несколько контрастировал с назначением постройки: при Морозовых — богадельня для всех сословий, при советской власти — родильный дом имени Клары Цеткин. Особняк окружала пузатая чугунная ограда, и дубы протягивали свои ветви сквозь прутья, словно голодные заключенные за миской баланды».

- Ты говорил, что с местами, описанными в книге, связано несколько мистических историй.

- Совершенно удивительные вещи. В самом начале книги я описывал Шелапутинский переулок, где родился мой герой. Там до сих пор стоит бывший особняк Саввы Морозова, и моего кота зовут Саввой, потому что он родился поблизости и косвенно повторяет перипетии судьбы Морозова. Уже дописав роман, я вдруг решил расспросить маму о месте, где родился я сам. И, представь себе, мама сказала: да на Таганке, в особняке! В советское время в доме Морозова располагался роддом Клары Цеткин и так совпало, что, работая над книгой, я описал место, где родился, сам этого не ведая и не зная. Второе совпадение связано с квартирой, где я писал роман. Работая над «Днями Савелия», я снял квартиру на Арбате, Калошин переулок 6, квартира 66. Я бы никогда не знал, кто там раньше жил, если бы не встретил однажды соседа. «Да, молодеет наш подъезд, - сказал он. - Раньше-то одни старики обитали. Вот в этой квартире, например, Лимонов жил». И он показал на дверь квартиры, которую я снимал. Я обомлел, конечно. Проверил и обнаружил, что да, Лимонов довольно часто писал про эту квартиру, его даже в Лефортово из нее забирали. Сосед рассказывал, как однажды нашел у лифта печатную машинку, поднял голову, смотрит, наверху обыск.

- Некоторые твои описания - ужасно смешные. Я под стол падала, когда читала о том, как на доме нарисовали маршала и промазали, так что вместо правого глаза образовалось окно и когда оно открывалось - маршал как будто игриво подмигивал прохожим. Признайся, где ты такое граффити увидел, я тоже хочу посмотреть?

- Ты знаешь, это собирательный образ, я чуть гиперболизировал. Во-первых, было довольно странное граффити на Басманной, а во-вторых, на Арбате, кажется, до сих пор, есть портрет Жукова, где вместо одного из орденов - кондиционер, а между глаз - балкон.

ЦИТАТА:

«Выпрыгнув однажды из окна, я обежал здание и обнаружил, что нахожусь у дома 12 по Денисовскому переулку. Дом представлял собой старую двухэтажную постройку. Цвет его трудно было определить: что-то среднее между зеленым, серым и бурым. На втором этаже имелся балкончик, огороженный балюстрадой из полуразрушенных кеглей. Окна были отделаны резными рамами. Краска сильно облупилась и свисала со стен ошметками. У входа висела табличка “Отделение по району “Басманный” УФМС ЦАО г. Москвы”.

- А давай расскажем про необычный дом, где гастарбайтеры сняли комнату по соседству с миграционной службой. Когда кот Савелий узнал про это, он подумала, что они как Мопассан, который ненавидел Эйфелеву Башню, поэтому обедал внутри нее.

- Давай, раз у нас тут спойлер-шоу, расскажем читателям предысторию, что Савва попадает в передрягу: во время прогулки по парку Горького, его избивают. Гастарбайтеры находят полуметртвого кота и отвозят к себе домой, а живут они по соседству с УФМС. Вот про гастарбайтеров и УФМС - я придумал, а дом действительно есть, он стоит на Бауманской, выглядит абсолютно мистически, прогуливаясь, я его заприметил и решил его обязательно включить в канву романа.

- Знаешь, когда читала - запуталась, сколько лет Савелию. Он родился во время знаменитого смога в Москве, но, как значится в книге, одна из его хозяек примерно в это время стояла на пикетах у музея Рерихов, хотя смог и скандал с музеем - очень отдалены по времени.

- В книге много анахронизмов. Я подсчитал, что кот родился летом 2010, наверное, это единственная твердая дата. В книге описывается, как хозяйка, живущая в высотке на Котельнической набережной, смотрит из окна на строительство парка Зарядье. Парк построили, за два года, это недавнее событие, хотя я это отнес в начало. Так что, за временем я не особо следил, а вот с топографией у меня все точно. У меня есть друг-краевед, Олег Васильев (он упоминается в романе как преподаватель истории Василий Олежек), он знает Москву до камня, и я с ним консультировался.

- Твоя книга не похожа на книгу новичка, она очень здорово написана. Признайся, ты пишешь давно или просто так сильно вдохновение подступило.

- Какое страшное слово «новичок»... Я пишу давно, в романе есть отрывки, написанные лет пятнадцать назад и ждавшие своего часа. Наверное, мог бы выпустить сборник рассказов еще тогда, но не чувствовал необходимости. Все произошло как произошло. Сначала я писал книгу не о котах, а о двух нищих, но очень скоро замысел захлебнулся, и я оставил его. Четыре года назад умерла моя кошка Глория, которую я очень любил, и так появился повод написать роман, посвященный кошке. Авот что касается вдохновения, то здесь все не так однозначно. Я понял, что вдохновение - штука относительная. Когда перечитывал книгу, мне иногда казалось, что некоторые вещи, написанные по вдохновению - хуже того, что я вымучивал.

ЦИТАТА:

«Хозяйка моя работала в салоне красоты на Мясницкой. Мне отвели место у витрины. Работницы шлифовали и лакировали ногти, умащивали кисти и ступни, делали какие-то шипящие прижигания, отчего на весь салон распространялся запах паленой кожи. Клиентки представляли собой разновидность престарелых девушек с сильно отредактированным замыслом Господа на лице. Определить их возраст было трудно — где-то между двадцатью и пятью- десятью. Они были холодны и надменны. Губы их были непомерно раздуты, словно их укусила оса, слишком узкие носы лихо задраны кверху, а злые глаза оттянуты к вискам. Казалось, что лица их за- стегнуты на затылке, и если случайно коснуться секретной прищепки, то маска сорвется и с треском закружится по салону, как воздушный шарик».

- Есть легенда, что книге очень помог «раскрутиться» писатель Евгений Водолазкин, лауреат «Большой книги»: именно он прочитал рукопись, прослезился, отнес редактору Елене Шубиной - и, в итоге, такой успех.

История такая: пять лет назад я купил роман «Лавр» Евгения Германовича и совершенно влюбился в его творчество. Настолько влюбился, что написал ему по почте, чего обычно не делаю, и, к моему удивлению, он ответил. Поскольку я актер, то пригласил его в театр Женовача, где играю, мы... периодически пересекались на разных мероприятиях. Но, конечно же, он ничего не знал о моих литературных амбициях, более того, я ничего и не писал. Я закончил книгу в январе 2018 года. Получил несколько положительных отзывов и это вдохновило меня на то, чтобы отправить рукопись Водолазкину. «Гриша, - написал он в смс, - я в слезах, это глубоко и стиль хороший, вечером поговорим по скайпу». Евгений Германович сказал, что отошлет роман Елене Шубиной.

- Скажем для наших читателей, Елена Шубина - самый влиятельный современный редактор и в этом году три романа, вышедшие из ее редакции получили три главные награды «Большой книги».

- Но я хочу сказать, что даже несмотря на то, что Евгений Водолазкин - живой классик фактически, повлиять на мнение Елены Шубиной очень трудно. Она прислушивается, но всегда остается при своем мнении. Мне повезло. Помню день, когда она позвонила. Очень смешно: у меня был кастинг на Мосфильме, я что-то говорил в камеру, и вдруг чувствую - звонит телефон. Обычно я всегда выключаю, но меня предупредили, что позвонят, правда, не уточнили, когда. Я сделал такие глаза, что все поняли: это ОЧЕНЬ важный звонок.

Мы долго говорили с Шубиной, она сказала, что дочитала роман до середины и приняла решение. Это было как в сказке.

ЦИТАТА:

Однажды я отдыхал на скамейке в начале Покровского бульвара. Где-то в отдалении ругалась пара. Мужчина глухо матерился, ему отвечал женский визг. Потом мужчина ударил собеседницу и быстрыми шагами ушел прочь. Девушка направилась в противоположную сторону. Она громко плакала и делала глотки из стакана с кофе, который сжимала обеими руками. Увидев меня, она остановилась, посмотрела по сторонам, закусила губу и выплеснула весь кофе на меня. Говорят, кофе пьют, чтобы взбодриться. Клянусь, ничто и никогда не бодрило меня так, как этот отменный крепкий кофе с тенистых склонов Кении. И аромат этот преследовал меня еще добрых три недели

- Ты читаешь критические отзывы?

- Да, конечно. И меня удивляет, что одни и те же моменты кого-то радуют, а у кого-то вызывают раздражение. Конечно, бранят меня за котиков, за мимимишность. Самый лучший комплимент для меня, когда человек, который не любит котов, прочитав книгу, вдруг меняет свое отношение к животным. Так одна моя знакомая, которая не любит животных вообще, когда прочитала "Савелия", сказала, послушай, я тут была на даче - молоко понесла на соседний участок котятам. Не понимаю, что со мной происходит.

Но самую важную вещь про книгу сформулировал Евгений Водолазкин. Он сказал, что это история о разлуке. И я удивился: у меня был творческий заряд, я понимал, о чем это будет в событийном плане, но не формулировал идею. А когда Водолазкин произнес нужную фразу - все сошлось. И я понял: это действительно книга о разлуке. В ней через абзац - потери и расставания.

- Савелий постоянно ощущает нелюбовь людей друг к другу и вынужден компенсировать это собой.

- Да, ему приходится, хотя мой Савелий не очень ласковый. Он сам про себя говорит: «никогда не хотел согревать ничьих охладевших сердец…откуда, из каких шумеров и месопотамий пошла эта глупая традиция заделывать котами душевные бреши».

- Что изменилось в твоем отношении к животным после того, как книга получила такой успех?

Я всегда старался присматривать за ними. Раньше я жил на Гоголевском бульваре и у музея Современного искусства у меня был целый прайд, ребят пять-семь... Наверное, это звучит странно, но у меня есть обязательства перед котами, которые я стараюсь выполнять.

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также